Черновик

Объект №: SCP-1317-RU

Класс объекта: Кетер

Особые условия содержания: Объект должен содержаться в препятствующей визуальному наблюдению камере размером 3×3×3 метра, окружённой клеткой Фарадея. На территории содержания объекта запрещено использование любых средств связи и носителей информации (за исключением вручную написанных документов). Запрещается любое изображение объекта, в том числе и ручная зарисовка. Снаружи камера объекта должна непрерывно патрулироваться сотрудниками службы безопасности.

В стены камеры объекта должны быть встроены особые стержни для подавления способностей объекта к изменению реальности, изготовленные по специальному заказу на Заводе 45 (см. техн. документ ЗВ45-SCP1317/3). Стержни должны сменяться каждый месяц. День замены стержней избирается куратором объекта, после консультирования с главным техником проекта по сдерживанию (обычно замена происходит на 3, 7 или 13 число каждого месяца). Замена стержней происходит автоматизировано, однако данный процесс должен контролироваться специальной наблюдательной группой, в которую входят избираемые куратором объекта сотрудники. Каждые три месяца в камеру объекта должен запускаться газ специального состава (см. техн. документ ЗВ45-SCP1317/7). Газ должен оставаться в камере объекта в течении заранее устанавливаемого куратором срока, после чего должен быть выведен через установленную в камере объекта вытяжную систему. Газ предназначен для того, чтобы препятствовать [ДАННЫЕ УДАЛЕНЫ].

Доступ к объекту разрешён только персоналу, исполняющему процедуру "Иезулу". Процедура "Иезулу" должна приводиться в действие, если один из сотрудников обнаруживает у себя или у своего коллеги все или несколько из следующих симптомов: головная боль, звуковые или визуальные галлюцинации, навязчивое желание попасть в камеру объекта, непроизвольная речь (возможен точный числовой или понятийный бред). В случае подтверждения симптомов у штатного психолога, данный сотрудник обязан исполнить процедуру "Иезулу". После согласования с сотрудником 4 уровня допуска, данный сотрудник должен направиться в камеру объекта и инъецировать SCP-1317-1 тремя дозами амнезиака класса A. Данное действие надёжно устраняет угрозу со стороны объекта и нивелирует симптомы, избранного для процедуры сотрудника.

Нам не надо будет прибегать к процедуре "Иезулу", если все особые условия содержания будут исполняться тщательно. Да, мы используем очень высокие технологии для сдерживания и вам не надо понимать, как они работают. Можете предполагать, что хотите, но работу свою исполнять вы должны. - С уважением, нынешний куратор объект Д-р Житомиров.

Описание: Объект представляет собой набор обугленных костей. Анализ показал, что кости принадлежат женщине примерно 50-80 лет, негроидной расы, умершей приблизительно 200 лет назад. Основание черепа расколото неким тупым предметом, что указывает на насильственный характер смерти. Некоторые кости отсутствуют. Кости легко повреждаются и не имеют каких-либо аномальных свойств. Предполагается, что с данными костями связана некая вредоносная аномальная сущность, чьи действия всегда направлены против людей, которые её содержат.

Среди костей лежит окровавленное сердце, обозначенное как SCP-1317-1. [ДАННЫЕ УДАЛЕНЫ].

[ДАННЫЕ УДАЛЕНЫ]

История обнаружения: Впервые был обнаружен группой этнологов, составивших отчёт о необычных ритуалах обособленно живущего племени зулусов. Отчёт был проверен в рамках программы Фонда по выявлению объектов SCP, сохраняемых племенами или архаическими культами в неурбанизированных уголках Земли. Агенты Фонда обнаружили данное племя на северо-востоке провинции Натал, ЮАР и подтвердили наличие аномалии. 02.12.1962 г. объект был успешно транспортирован в Зону █.

ДЛЯ ПРОЧТЕНИЯ ДАННОГО ДОКУМЕНТА ТРЕБУЕТСЯ СПЕЦИАЛЬНЫЙ УРОВЕНЬ ДОПУСКА "УНСАМО". ВСЕ ОСТАЛЬНЫЕ УРОВНИ ДОПУСКА, ЗА ИСКЛЮЧЕНИЕМ ДОПУСКА УРОВНЯ О-5, НЕДОСТАТОЧНЫ.

[НАЧАЛО ЗАПИСИ]

Сотр. Зельтен: Простите за вопрос, но по какому поводу я здесь нахожу? Если это связано с документами, которые я запрашивал, то я получил одобрение куратора и…

Наблюдатель: Не суетитесь и присядьте. И замолкните, пожалуйста. Беседа сейчас будет идти по следующему сценарию: я задаю вопрос, вы отвечаете. Если вы солжёте или скажете полуправду, то я это узнаю. Тогда разговор с вами мы будем вести в другом месте и гораздо менее дружелюбно. Кивните, если поняли. Замечательно. Итак, первый вопрос: с кем вы поделились всеми этими вашими догадками и подозрениями по поводу SCP-1317. Называйте всех.

Сотр. Зельтен: Я… Я отправил письмо куратору, сказал немного Александру Велинчикову и Паше. Паше Михайлову, технику. Всё, больше ни с кем я об этом не говорил.

Наблюдатель: Ну что же, пока всё верно. Какую работу вы выполняли в зоне сдерживания объекта?

Сотр. Зельтен: Техник 2 уровня допуска.

Наблюдатель: Когда вы стали сомневаться в правдивости особых условий содержания и описания объекта?

Сотр. Зельтен: После трёх месяцев работы.

Наблюдатель: Что послужило тому толчком?

Сотр. Зельтен: Да как сказать… Я даже объяснить толком не смогу. Интуиция какая-то. До этого я работал на содержании трёх других аномальных объектов и такого ощущения у меня никогда не возникало. Когда я понял что что-то не так, то я начал копать, находить какие-то странные соответствия.

Наблюдатель: Например?

Сотр. Зельтен: Цифры. Сначала я обратил внимание на цифры. 3, 7 и 13 повторялись везде в самых разных вариациях. Камера была три на три на три метра. Третьего числа проводились процедуры по смену стержней с сорок пятого. Обработка камеры газом происходила всегда 7 или 13, а когда в тот же месяц на одно из этих чисел приходилась смена стержней, то тогда обработка газом проводилась 3 числа. Все технические документы, поступившие с Завода, были нумерованы одной из этих цифр. В конце концов нумерация самого объекта это всё те же чёртовы цифры. Притом я слышал, как один из парней, ну, тех, из процедуры "Иезулу", всё повторял цифры. Мол, 1503, 1603, 1703. Цифровой бред или как там? Здесь те же цифры.

Наблюдатель: Вы понимаете, что ваши доводы можно назвать параноидальными? А может вы находитесь под влиянием объекта, не думали? Числовой бред - это один из симптомов.

Сотр. Зельтен: Да думал, думал. Даже к штатному психологу сходил, но он сказал, что я в порядке, ничто на меня не действует, а я просто перенервничал. Предложил отдохнуть недельку, но я отказался, сказал, мол, работать хочу, хотя не хотел ни черта. Тогда решил, что не буду дальше себе голову забивать, но где там… Всё думал и думал, как клин в голову эту мысль вбило, ну а потом и документы третьего уровня масла подлили…

Наблюдатель: Как вы получили к ним доступ?

Сотр. Зельтен: Написал куратору просьбу выдать мне временный допуск третьего уровня для чтения документов. Ну и обычной ерунды: для повышения мотивации, для лучшего понимания объекта, ну, формальщины всякой. Здорово рисковал, а зачем чёрт его пойми. Ведь как бывает? Если просишь документов, которые тебе по уровню допуска прочитать не светит, то значит что-то в тебе странное есть.

Наблюдатель: Ну и что же вы оттуда вычитали?

Сотр. Зельтен: Да как минимум то, что процедура "Иезула" всегда была, но всегда была разной. Да и действовал объект по разному. Выходило так, что сдерживающую процедуру изобрели не мы, а эти зулусы. На тех чернокожих объект болезни какие-то насылал, а они к этому сердцу травы носили, так это в точности процедура "Иезулу", которой мы сейчас пользуемся. Однако вот в чём странность: когда объект в Фонд перевезли, он уже не болезни насылал, а радиацией бил. Сейчас вообще чёрт пойми что делает. Но структура процедуры всегда была одинаковой: был, ну как сказать, посланник с даром, и был тот, кому дар предназначен - сердце это. Только вот если дикари действительно, кажется, траву этой аномалии как дар носили, то мы гасили её средствами техники без всякой мифологии: радиацией или амнезиаками. Выходило, что… Постойте…

Наблюдатель: Мне радостно видеть, что вы начинаете что-то понимать. По-меньшей мере, мне так кажется. Помните отвергнутую гипотезу?

Сотр. Зельтен: Да, кажется… Постойте, действия ритуально-символического характера? Опытным путём было доказано, что они необязательны для содержания, верно? Это ошибка? Всё содержание было не по-настоящему? Я совсем уже ничего не понимаю.

Наблюдатель: Глупости какие. Будьте умнее, пожалуйста. Впрочем, у нас ещё будет время вернуться к этой теме. Вы сказали, что структура процедуры "Иезула" повторяется - это очень ценное замечание. Однако что по поводу самого объекта?

Сотр. Зельтен: Самого объекта? А, да. Действие у него было всегда разное. Болезни, радиация, чёрт знает что ещё в этих удалённых данных. Сейчас он, наверное, что-то делает с информацией.

Наблюдатель: Он её накапливает и распространяет. Однако продолжайте.

Сотр. Зельтен: Вот значит как. Это в мою гипотезу не вяжется. Я предполагал, что этот объект нечто вроде злого духа, который сидит в этом сердце среди костей…

Наблюдатель: Бросьте. Сердце вообще мы положили. Оно свиное, если вам интересно.

Сотр. Зельтен: Как же? Значит… Ну, кости-то эти не вы положили, надо думать? Ну… Я, в общем, думал, что сердце это, ну, то есть кости, действует сообразно какой-то злой воле и насылает на людей именно то, чего они само больше всего боятся. И если предел житейских страхов зулуса - страшная болезнь, то на фондовцев оно начало слать радиацию. А сейчас… информацию? Ничего не понимаю.

Наблюдатель: В чём-то вы, несомненно, правы, хотя мы полагаем, что оно работает не совсем так. У него нет никакой злой воли, да и вообще никакой воли нету. Это, как бы лучше выразиться, чистое зло без какого-либо содержания. Для зулусов существует разница между…. эммм, между злыми силами и настоящим злом. Злые силы могут ломать ваши дома, делать из друзей недругов и мелко пакостить, но всё же если их инвертировать, то это будут добрые силы. То, что мы содержим, является просто злом. Кроме того, не стоит думать, что предел страхов зулуса это болезни. Они, быть может, гораздо более талантливые визионеры и фантазёры, чем мы с вами. Можете представить это так: пока 1317 удовлетворён, он либо спит и ничего не делает, либо насылает какие-то мелочи, вроде радиации или болезней, но вот если он недоволен, а это случалось, то он… Ну, творит зло. Поверьте, лучше не знать, что под этим подразумевается. Может, вы ещё что-нибудь надумали?

Сотр. Зельтен: Кажется, я сообразил насчёт информации. Нарушение режима секретности, да? Вот чем он угрожает Фонду?

Наблюдатель: Да, именно так он принуждает нас к тому, что мы делаем. И мы не можем залить это место бетоном и расставить вокруг сотрудников класса D. Аномалия влияет напрямую на тех, кто её содержит. Почему тогда она грозила радиацией легко догадаться, если посмотреть на год тех архивных условий содержания. Видимо, сейчас мы больше боимся, что Маскарад сорвётся. К слову, отсюда и числовой бред. Те цифры и понятия, которые посещают исполнителей процедуры "Иезула" это различные секретные коды и шифры Фонда. Фактически, это не числовой бред, а неслыханное нарушение режима секретности. Ваша догадка с цифрами верна во всём, кроме этого пункта. То, что в этом "бреду" были те же цифры, боюсь, совпадение.

Сотр. Зельтен: Но зачем эти цифры?

Наблюдатель: Мощные символы.

Сотр. Зельтен: Я догадываюсь, что вы скажете дальше. Выходит, что всё, что мы делаем, не имеет никакого смысла? Важна лишь определённая символика, которая стоит за рядом действий технического характера? Постойте, выходит, что и никаких аномальных технологий, о которых все судачат, в содержании не используется? Никакого изменения реальности объект не производит? Его сдерживает именно, как оно там называлось, "ритуально-символическая деятельность"?

Наблюдатель: Вы частично правы, но в этом случае быть частично правым недостаточно. Всё, что вы делаете, напоено глубочайшим смыслом, а скрытая символика лишь вспомогательный элемент. Верно то, что мы построили определённый потаённый символический ряд: сильные цифры, окружённые множеством значений и толкований, закрытость объекта от взора подобно алтарю в храме, фимиам и благовония раз в три месяца, определённая комбинация священных запахов. Однако это только половина дела, нужны люди, которые вдохнут в символы смысл и силу. А с этим наши сотрудники справиться не могут. Вернее, не могли когда-то.

Сотр. Зельтен: А как же старые условия содержания? Те, что с радиацией? Ведь там объект был под другим номером и ничего особого, вроде как, не делалось. Значит, тогда вы ещё не знали…

Наблюдатель: Да, тогда мы ещё не знали. Мы полагали, что нашли определённый паттерн, благодаря которому объект можно было содержать. Тогда мы ещё не положили сердца, просто раз за разом приходили и обеззараживали кости. Потом мы уже внесли изменения… Ну да не важно. Важно то, что тогда мы даже не догадывались, почему у нас получается содержать объект.

Сотр. Зельтен: Я догадываюсь. Это ведь те сказки на которые жаловался профессор Карсавин?

Наблюдатель: Абсолютно верно. Вы начинаете понимать принцип. Сотрудники, работавшие над объектом, сами того не хотя, сформировали определённую мифологию, включающую такие архетипические образы как "избранность", "жертвоприношение", "тёмные силы". Именно они и их несформированная, полуподсознательная система верований удерживала объект, а мы полагали, что его удерживают наши ударные дозы антирадиационных средств.

Сотр. Зельтен: А дальше?

Наблюдатель: А дальше всё полетело к чертям. Такая тонкая, почти эфемерная вера может и удержала бы объект ещё недолго, но доктор Карсавин очень рьяно и упорно развеивал предрассудки… Пусть земля ему, как говорится, будет пухом. Мы замели следы и начали думать в чём ошиблись, пока не нашлась светлая голова, первый Наблюдатель объекта, творец мифов и легенд новой эпохи.

Сотр. Зельтен: Что-то я не вижу вокруг много мифов и легенд.

Наблюдатель: А вы осмотритесь хорошенько. Первый наблюдатель решил, что воспроизвести классические мифологемы не в наших силах. Мы слуги науки, дети Просвещенья, так сказать. Однако он действительно был гением: он именно это и сделал нашей мифологией, полуосознаваемой реальностью нашего ума. Он создал систему типов и образов, завязанных именно на науке, он, если позволите, внес в неё элемент мифологии. Завод 45 производит особые технологии… О, какая мифопоэтика в этих словах: особые технологии! Аномальные технологии, высокие технологии… Удалённые данные это не просто отсутствие информации, это намёк на их скрытое присутствие, намёк на тайну божества… "Кетер" так вовсе слово из каббалы, это нам удачно подвернулось. Ритуалистика сменяемых каждый месяц деталей. Понимаете? Вы занимаетесь ритуально-символической деятельностью в лоне технической реальности.

Сотр. Зельтен: Кажется, я начинаю понимать. Отсюда и этот элемент тайны, да?

Наблюдатель: Да, он, разумеется, нужен. Как работает наша техника? Очень сложно или вовсе аномально. Тайна налицо. Зачем каждый месяц замена стержней? Ещё одна тайна. Знаете кого набирают в команду по наблюдению автоматизированного процесса замены стержня? Самых технически необразованных людей. Они здорово повышают градус тайны своим неведением и нелепыми догадками. По правде сказать, они только для этого и нужны.

Сотр. Зельтен: Куратор ведь тоже один из этих болванчиков?

Наблюдатель: Верная догадка. Я ещё не видел человека, в котором больше надутой веры в высокие технологии и их запредельные тайны функционирования. Он замечательно выполняет свою работу. Он идеальный элемент сложной мифологической структуры, которую мы создали среди сотрудников содержания отдельно взятого объекта. Продукт очень долгой и упорной работы. Частью которой вы скоро станете.

Сотр. Зельтен: Что? Что вы имеете в виду?

Наблюдатель: Это мы открыли вам доступ к документам третьего уровня допуска. Наша работа наблюдать за всем мифологическим полем, что мы построили и выводить из игры всех тех, кто грозит его уничтожить. И вы грозили. В вашем докладе куратору несколько замечательных догадок и вы уже мыслите несколько иначе. Многие начинают находить технические неточности и остаются довольны этим, те, кто начинает видеть мифологемы - вот это редкость. Больше там вы работать не будете. Вы лишаетесь всех прежних уровней допуска. Теперь вы в нашей команде. Пока что на испытательном сроке, но всё же. Готовьтесь творить мифы.

Сотр. Зельтен: Но если я верно понял, то всё уже сделано. Что, собственно, творить?

Наблюдатель: О, не беспокойтесь. Работа у нас будет. Развивается наука и техника, развивается и мифология. Настанут времена, когда вся та фантастическая техника из которой мы ткём нашу паутину сказок станет обыденностью и вся система рухнет. Такое уже бывало, такое уже скоро будет. Без работы не останетесь. А пока что рекомендую начинать читать работы Леви-Стросса и Проппа, без этого никак. Даю вам на это месяц. После приступайте к научной фантастике.

Сотр. Зельтен: Но… всё это, вся наука и техника, все наши знания, что же это тогда?

Наблюдатель: А разве вы ещё не поняли? Магия, магия, которая работает.

Пока не указано иное, содержимое этой страницы распространяется по лицензии Creative Commons Attribution-NonCommercial-ShareAlike 3.0 License